Я давно не писал.
            Онемел до икоты.
Я во сне не летаю и петь перестал.
Закружил листопад, завертела работа,
Спеленало тепло шерстяных одеял.

Я сошёл на руках по немытым ступеням,
И сосед, сторонясь, покрутил у виска —
У него канарейки, заплывшие ленью.
У меня от их песен — глухая тоска.

Не хочу.
           Не могу.
                      И никто не заставит!
Перевёрнутый мир подпирает карниз...
А сосед вдруг сказал:
                      «Прекратил бы ты, парень.
Ты идёшь на руках, но по-прежнему вниз».